Хочу к маме, хочу к папе, хочу к Маняше, хочу к бабушкам: кататься между двумя домами на велосипеде. Дорога: три асфальтированных холма, посередине — опасный поворот, потом стая злых мелких собак (от одной у меня на левой лодыжке теперь шрам в виде маленькой подковы), затем — два магазина, под горку — и приехали.
Хочу, чтобы деревенские звали меня лётчицей, Ксюхой и курчавой. Это единственное место, где позволительно звать меня Ксюхой, боле — нигде.
Хочу гулять с собаками, хочу купаться, хочу убежать на холмы, которые у
леса. Разнотравье — воздух там сухой, жаркий, пахнет чабрецом, душицей и ромашкой. Как на чердаке. От полей несёт гречихой и акацией, от леса — сырым и стылым. Не холмы — горы. Я там теряюсь. С размаху теряюсь, ухая: отбросить велосипед к чёрту и — под горку, по сухим колким палкам в густой траве, сбивая ногами хвощ, чертополох и стараясь не наступить на тонкокожие клубничные ягоды.
В холмах — клубника, в лесу — земляника. Клубника слаще. Душистые жёлтые цветы пахнут молоком с мёдом. Чабрец растёт мелкими сиреневыми кустиками, а душица — длинными.
Я запомнила.
Хочу на пруд в четыре утра, хочу, чтобы плечи болели. Не поймать ни одной рыбы, играть с Жулей, смотреть на красноклювого аиста: осторожно подходить всё ближе и ближе. Пока Жуля, зараза мелкая, с тявканьем не спугнёт большую статную птицу.
Смотреть, как серебрится пар над водой; свесившись с моста, трогать пруд пальцами: одним, двумя, щепотью. Скакать босыми ногами по росе, потому что кеды — хоть выжимай. Говорила бабушка, надень отцовские сапоги.
Хочу есть яблоки с яблонь, протерев рубашкой; груши — сколачивать большой палкой. Ловить цыплят и загонять кур с утками по загонам, чтобы их, как в тот раз, не выглядела лиса.
Хочу ловить чёрно-белого кота по двору, тайком дербанить гитару во времянке, выпрашивать у брата прокатиться на скутере.
Успевать на почту до пяти вечера. Слизывать белый мёд с ложки, на закате пить чай с мятой, а по рассвету — горький растворимый кофе. Тащить прогнившую мшистую лестницу, подставлять к белокаменной стене и лезть на чердак. Чихать от сена, пыли, копаться в трёх картонных коробках из-под телевизора и прочей дребедени, как в древней сокровищнице. Потому что до краёв забиты старыми книгами, теми книгами, которые в шкафу уже не умещаются.
Щелчками пальцев сбрасывать с себя пауков и беззащитно завывать.
Хочу ходить с отцом на охоту, отмахиваться от вопросов: «И не лень тебе в такую рань?..».
Неделю назад я прошла сорок один километр — до Красной площади, а оттуда до Царицыно. Мне теперь есть чем козырять, мне никогда не лень.
Небо здесь светлое и мягкое, как пастила. Ласточки лихо режут его, сладкое, чёрными острыми крыльями, а я стою под всем этим, запрокинув голову, и зачем-то закрываю глаза. Как будто кто-то кладёт свою грубую мозолистую ладонь на мои горячие веки. От ладони пахнет парным молоком и росой по утру.
И ни конца мне нет, ни края.

0.00

Другие публикации автора

0 52

0 104

0 109

Комментариев нет

Ответить