Посвящается всем пассажирам того самого корпоративного Вечнозеленого автобуса, везущего нас сквозь веси и города, дни и года — в наше «Общее светлое завтра».

1.
Наш Вечнозеленый автобус выехал из точки М. и въехал прямиком в Весну.
Когда мы сели в него (красивый, зеленый и быстрый — будто созданный рукой Творца-Футуриста), вокруг еще лежали сугробы, и снег валил с неба, как божья перхоть. Мы кашляли холодом, нас пробирал озноб. Казалось, этому январскому романсу не будет конца, и мы будем его петь и хрипеть помимо нашей воли. Но незаметно зима растаяла, как наши тревоги.
И вот мы сели. И тронулись в путь.
Каждый занял свое место согласно графику светлого дня. За шторами мелькал MegaPolis — московито-деловитые дома, кричащие вывески, зазывающие витрины, окна высоток и хрущевок, динозавры небоскребов и торговых центров, полусонное спокойствие парков и скверов, зарождающаяся бодрость улиц и проспектов и идущие по ним нарастающие толпы трудливых горожан.
Город проснулся, сонно потягиваясь, и уже встал на свои две каменные ноги, скинув одеяло прошедшей ночи.
Пейзаж сменялся за окном. И солнце как доброе вечное языческое божество смеялось в облачной синеве, нахально бросая свои лучи куда попало.
Наш автобус набирал обороты. Повторяя до боли знакомый маршрут. Наш водитель с улыбкой Харрисона Форда (да с прищуром Хана Соло) крутил руль своей уверенной рукой, будто вел космолет сквозь звездное пространство.
Многих из нас еще не отпустил утренний сон, и мы пребывали в плену лени и истомы. Солнце неспящих светило тем, кто уже ожил, был бодр и подсматривал за миром. Сквозь свои смартфоны и планшеты, сквозь окна с синими занавесками, сквозь газеты, взятые в спешке у выхода из утробы метро. Из салона Вечнозеленого автобуса — синего, как бархат воображения самого Дэвида Линча.
Контрасты гармонично сливались друг в друге, образуя радугу настроения.

На невидимых часах мирозданья было 9:35. Кажется, была уже среда. А может быть, чистый четверг. Или сюда пришла сама пятница танца духа? Бог его знает! И март уже вступил в свои права, но они были просрочены в контракте весны. Или же апрель робко ждал, когда май сменит его ежедневную службу? А может, всего этого и не было. И время приснилось каждому из нас. И оно стерлось, выпилось как апельсиновый сок и просто стало снова тем рабочим бодрым ясным утром, слитым с календарем воедино.
Мы ехали. И мы были счастливы. Чувствовать себя частью чего-то большего, чем мы сами.

Наш Вечнозеленый автобус вез нас по городам и весям, сквозь дни и года, куда-то в «Общее светлое завтра».

И солнце улыбалось за окном.
Каждый из нас дышал своим собственным «я», наполняя воздух пламенной свободой. Обозначая своим молчаньем — подготовку и ожидание трудового дня.
Каждый пассажир Вечнозеленого автобуса и был тем одухотворенным элитарным Сизифом, с радостью везший вместе с собой камень своих служебных обязанностей на Высокую Гору Корпорации, частью которой он и был.
Чтобы к концу дня скатить этот камень вниз.
И завтра же повторить все с нового абзаца.
И так по-новой. Каждодневно. Ежеутренне.
И в этой межбудней сурковости и была та явная и скрытая благодать да верность правому делу.

2.
Мы ехали, и наш Вечнозеленый автобус плыл в общем автомобильном потоке зеленой изысканной крупной рыбой, следуя за общей целью, как за дивной блесной.
Городские декорации мегаполиса сменялись сельскими пейзажами русской глубинки. Дорогие рестораны, элитные бутики, офисные центры, пафосные гостиницы и даже молчаливый зоопарк со своим “Zoo-кафе” плавно перетекали в сельские придорожные магазинчики, шаурменные палатки, церквушки, полуразрушенные заводы, в череду берез и тополей, за которыми лежали необъятные поля, а за ними виднелись уже другие деревни, населенные пункты да поселки.
Жизнь везде пустила свои корни, полила их обильно из своей лейки, и вот — ее растения дали всходы, пробиваясь, как наглые подснежники из-под холода зимы.
Все радуется Весне. Тянется к ней всей своей сутью из норы нутра. И медленно расцветает вместе с ней. Воспрянув от снежной комы. Вдохнув первые деньки еще неокрепшего тепла.
Мы ехали сквозь время и пространство. Наше сознание наблюдало пейзажи будто дивные картины в бесплатной галерее Госпожи Природы.
Прошлые дни растаяли безвозвратно и превратились в приятные воспоминания.

3.
Небо вбирало нас, и землю, и это утро. Все было переплетено. Связано невидимыми нитями символов, сути и глубины.
Мы вышли из своих домов, чтобы нырнуть в брюхо кита подземки… и вот мы уже здесь, объятые теплом.
Апрель уже проводил март за порог, и ему оставались считанные дни, чтобы передать свои полномочия весны — теплому маю, с которым апрель и выпил на посошок самодельную вишневую настойку счастья.
Мы доставали себя из простыней лени, чтобы стать этими трудовлюбленными пчелами, спешащими в свои застекленные соты. Дабы сладкий рабочий мед тек сквозь цифры, буквы, кипы документов и горы договоров.
Развиваясь. Воспитывая свой дух. Взращивая сад трудолюбия изнутри, гуляя в нем и обмениваясь улыбками да приветствиями, теплыми, как само ожидание лета.

И один странный романтик (выпавший из реальности ради любви к Поэзии, к образам и чему-то прекрасному внутри всех нас) смотрел в мир из-за синих штор мирозданья и однажды написал:
«Наш Вечнозеленый автобус выехал из точки М. и въехал прямиком в Весну.»

31 марта, 22 апреля 2016 года
(Влюбленная дата, смотрящая в Весну из-за синих штор мирозданья)

0.00

Другие публикации автора

Комментариев нет

Ответить